Раскройте свою уникальность,

познайте себя и живите в

гармонии со вселенной!

Если Вы хотите стать успешными, богатыми и счастливыми, эти курсы, статьи и книги помогут Вам изменить свои мысли, настроиться на успех и открыть для себя новые возможности.

Если Вы хотите стать успешными, богатыми и счастливыми, эти курсы, статьи и книги помогут Вам изменить свои мысли, настроиться на успех и открыть для себя новые возможности.

Эзотерика → Панлогизм, Темная материя и Дао

Обратите внимание, сколько в нормальных субъектах, а следовательно и в нас самих, происходит вещей, которые мы постоянно стараемся не принимать всерьез. Именно поэтому в глазах очень многих, даже если они не отдают себе в этом отчет, психически больной - это воплощение того, к чему может привести привычка принимать вещи всерьез.
Ж.Лакан


Физический мир является причинным. Интеллектуальным аналогом физической причинности оказывается логика. Быть разумным в нашем понимании – значит следовать логике. Но логика должна соответствовать причинности физического мира. Безумие тоже может быть логичным. Так, параноик весьма убедительно доказывает самому себе, что против него осуществляется мировой заговор. Этой логичностью можно даже заразиться. Однако вскоре здравый человек обнаруживает в его рассуждениях детали, которые не соответствуют реальности. Ну, не может быть так, чтобы каждый встречный охотился на этого психа! Т.о. мы признаем человека безумным не на основании его алогичности, а на основании того, что его логика не адекватна причинному физическому миру. Современные успехи информатики и кибернетики как будто позволяют нам утверждать, что мозг и есть логическая машина. Можно ли тогда утверждать, что компьютер разумен?

Когда мы говорим: из идеи А следует идея В, - это логика. Когда мы говорим: за физическим событием А всегда наступает физическое событие В, - это причинность. Причинность и дедукция становятся для нас почти синонимами. А ведь это – совершено разные явления, одно из которых принадлежит физическому миру, а другое – ментальному. Вообще говоря, ни из какой логики не следует, что шагнув за окно, вы разобьетесь. Это следует из гравитации. Но когда мы пишем на электрощите «Не влезай, убьет!», - мы апеллируем именно к логике в ее модальной версии. «Достаточно сделать А, чтобы получить В. Если В нежелательно, необходимо отвергнуть А». Так мы приходим к убеждению, что реальность логична, как и мы сами.

В истории западной философии отождествление порядка действительности с логическим порядком называется Панлогизмом. Основателем этой доктрины, очевидно, следует считать Парменида, который первым стал утверждать, что бытие и мышление тождественны. В средневековой схоластике высказывание Парменида стало главным орудием «реалистов». Из тезиса о тождестве мышления и бытия они выводили идею о том, что общие понятия существуют самостоятельно. Человеческая логика подобна логике, по которой бог создал мир действительных вещей.

Одним из ярких представителей этой школы был Раймунд Луллий, которого называли doctor illuminatus («озаренный наставник»). В своем «великом искусстве» (ars magna) он исходил из убеждения, что общие понятия (universalia) обладают собственным самостоятельным бытием. Т.е. реальность есть ни что иное, как правильное и постепенное усложнение общих понятий через их различные комбинации друг с другом, и поэтому разум, следя за логическим порядком понятий, может открывать действительную связь вещей. Луллий создал механическую машину в виде бумажных кругов, построенных по троичной логике. Этот логический механизм состоял из нескольких подвижных концентрических кругов, вращая которые так или иначе, можно было получать множество новых, более или менее сложных комбинаций, в которых Луллий видел новые реальные истины.

Эта теория выглядела настолько авантюрной, то что она стала предметом махинаций всевозможных провидцев и магов, хотя сам Луллий искренне служил религиозной идеи и был, в конце концов, забит камнями за свою миссионерскую деятельность мусульманами в Тунисе.

Первые попытки формализовать нашу логику предпринимали еще античные стоики в 4 веке до Р.Х., определяя законы, по которым мы выстраиваем свои высказывания, считая их истинными. Вслед за ними Аристотель описал некоторые виды логических умозаключений (силлогизмы), самым знаменитым из которых стал modus ponens в его наиболее популярной версии: «Гай – человек. Все люди – смертны. Следовательно, Гай – смертен». Но по-настоящему это удалось сделать лишь в 19 веке Булю и Моргану. После этого математическая логика стала стремительно формализоваться, а когда Шеннон обнаружил, что булева алгебра может быть представлена электрическим цепями на триггерах, началась эра компьютеров. Абстрактные машины Поста и Тьюринга механизировали вычислительный процесс. Тезис Черча гласил, что все вычислительные процессы (алгоритмы) могут быть представлены математическим классом рекурсивных функций.

Ныне расплывчатый тезис Парменида о тождестве бытия и мышления мы можем сформулировать более точно, а именно: для всякого существа, мыслящего посредством того или иного языка, должна существовать соответствующая реальность, виртуальный мир. С точки зрения панлогизма Вселенная, в которой мы живем, есть модель для некой супертеории, выраженной в нашем человеческом языке. Собственно, эту супертеорию и мечтает создать современная наука.

Вернемся к нашей логике, которую мы считаем адекватной физической причинности. С точки зрения физики главным условием причинности является время, а точнее его однородность и направленность, которую принято называть «стрелой времени». (Эквивалентным условием причинности можно считать конечную скорость света. Сверхсветовая скорость передачи сигнала нарушает причинность, а значит и ту логику, которую мы связываем с реальностью.)

Начнем со стрелы времени или с Гераклитовой реки, в которую невозможно войти дважды. Река в таком упоминании – это всегда детерминированный процесс или причинное множество (causal set), которое с некоторых пор стало использоваться в квантовой физике. Это множество интуитивно определяется как дискретное (разрывное) и частично упорядоченное. Дискретным оно должно быть просто потому, что причинное событие должно быть отличимым во времени от следственного события. Порядок необходим, поскольку в любом фрагменте реальности или в любой произвольной физической системе, вплоть до Вселенной, все события причинно упорядочены во времени. Ничто не происходит само по себе и все имеет последствия. Частичность такого порядка вытекает из того факта, что два произвольных события (как, например, мое и ваше рождение) никак не связаны друг с другом, хотя с точки зрения Большого взрыва у всех событий во Вселенной есть одна первичная причина – сам Большой взрыв, возникший из сингулярности – особой точки, в которую была сжата Вселенная вне пространства и времени.

В данном случае для нас важно то, что Вселенная как причинное множество является алгебраическим ультрафильтром над сингулярностью. В пространстве Минковского этот ультрафильтр является световым конусом.

 Панлогизм, Темная материя и Дао
Рис. Сингулярность

Хорошим визуальным аналогом ультрафильтра можно считать обычное дерево, ствол которого распадается на ветви, ветви на пруты, пруты на листья, черенки которых подобны стволу дерева и опять распадаются на части, образуя структуру листа. Если мы прокрутим во времени историю семени, из которого выросло это дерево, то этот процесс будет причинным множеством. В этом смысле ультрафильтр – это «застывшее» причинное множество.

Математический ультрафильтр V над множеством Х – это частично упорядоченное множество, как и причинное множество, которым мы считаем нашу реальность. Образно говоря, любые два фрагмента дерева (реальности) имеют общую корневую систему, а каждый его фрагмент сложен последовательно: из ствола не вылезает лист, на котором торчит ветка. Замечательным свойством ультрафильтра является то, что он не может по определению содержать пустое множество (на котором, кстати сказать, «не работает» аксиома выбора). Топологически это выражается в том, что ультрафильтр – это всегда множество окрестностей некоторой точки a из множества Х. А множеством окрестностей ничто может быть что угодно, а не только подмножества из Х.

Следует еще добавить, что всякий ультрафильтр является по природе «собственным булеаном» (в уже упомянутой алгебре Буля). Булеан Р(Х) множества Х – это множество всех его подмножеств или топологическое пространство над Х. Интуитивно это можно объяснить так: ультрафильтр V(a) над Х, состоящий только из подмножеств Х содержащих a (его окрестностей), а не всех подмножеств из Х, является структурой, порожденной этим элементом. Можно сказать, что V(a) содержит все «истинные» для а множества и не содержит ни одного «ложного», в котором этому элементу нет места. Очевидно, наша Вселенная как множество окрестностей (собственный булеан) сингулярности есть «истинная» для нас, и мы не можем жить в «ложной» Вселенной. Это возвращает нас к той связи, которую мы предполагаем между логикой и физической причинностью, истиной и существованием (экзистенцией).

Так дерево можно считать множеством причинных (истинных) окрестностей того семени, из которого оно выросло в световом конусе пространства-времени. Мы выразим этот факт записью:
семя < дерево,
подразумевая под математическим отношением «меньше» причинный порядок. Таким образом выражение вида «a < b» в дальнейшем будет означать для нас: «а есть причина b» или «а лежит в основании b». Заметим, что такая интерпретация знака < не противоречит его обычному смыслу, но скорее расширяет его. Так, например, математическое утверждение «0 < n», означающее, что нуль меньше любого натурального числа, в нашем понимании подразумевает еще и то, что нуль лежит в основании всех чисел. Именно поэтому мы теперь можем вывести такую формулу:
сингулярность < Вселенная

Точно так же для ультрафильтра V(a), который является множеством окрестностей точки а, мы пишем: a < V(a). И эта точка не может быть такой фикцией как пустое множество. В стандартной теории множеств Цермело-Френкеля (ZF) пустое множество O определяется как множество, которое не имеет элементов. Это - естественное для математики и логики конструктивное определение объекта. Но мы пойдем глубже и попробуем интерпретировать пустое множество через такое фундаментальное для всей науки понятие как «существование». И тогда естественным будет определить пустое множество как экзистенциальное ничто. Существует ли ничто?

Допустим, что Е – это квантор существования. Выражение Е(х) означает утверждение: «х существует». В формулировке ZF пустое множество О вводится как раз через квантор существования: «существует а для всех множеств Х такое, что Х не принадлежит а». Наче говоря, ни одно множество не может лежать в основании пустого множества. Заменим предикат принадлежности нашим отношением причинности