Раскройте свою уникальность,

познайте себя и живите в

гармонии со вселенной!

Если Вы хотите стать успешными, богатыми и счастливыми, эти курсы, статьи и книги помогут Вам изменить свои мысли, настроиться на успех и открыть для себя новые возможности.

Если Вы хотите стать успешными, богатыми и счастливыми, эти курсы, статьи и книги помогут Вам изменить свои мысли, настроиться на успех и открыть для себя новые возможности.

Эзотерика → Кен Уилбер «Об эмпиризме и антиинтеллектуализме»

Кен Уилбер «Об эмпиризме и антиинтеллектуализме»
Семинар для студентов Института Наропы. На этот раз главной темой, которую подняли несколько студентов, был ярый антиинтеллектуализм, который обычно процветает во многих духовных и контркультурных организациях. «Интеллектуальному» противопоставляется «эмпирическое»; последнее ценят, первое порочат.

Если вы попытаетесь дать чему-либо интеллектуальное объяснение, то вас, как сказал один студент, «едва не распинают на месте». Считается, что вы должны быть эмпирическим, а не интеллектуальным, абстрактным или концептуальным. Считается, что вы должны исходить из сердца, а не из головы; ваш центр должен быть в теле, а не в уме. Эмпирическое духовно, что хорошо; интеллектуальное — это эго, аналитическое и разделяющее и «заведомо полностью плохое».

Все это — отвечал я — полное непонимание и эмпирического, и духовного. Вот несколько выдержек.


К.У.: Мы говорили об эмпирическом. Опыт, переживание — это просто еще одно название осознания. Если я переживаю свое тело, это означает, что я осознаю свое тело. Конечно, вы можете осознавать свое тело, но вы также можете осознавать свой ум — вы прямо сейчас можете замечать все мысли, представления и образы, проплывающие перед внутренним взором вашего ума. Иными словами, вы можете переживать свой ум, осознавать свой ум. И это очень важно — быть способным переживать свой ум непосредственно, точно, глубоко, поскольку, только направляя осознание на ум, вы можете начать превосходить ум и освобождаться от его ограничений. Когда это начинает происходить — обычно при медитации или созерцании, — у вас могут быть даже более высокие переживания, духовные переживания, мистические переживания — сатори, кеншо, самадхи, унио мистика и так далее. Можно было бы сказать, что вы способны осознавать дух, переживать дух, хотя и более недвойственным образом.

Таким образом, вы можете переживать тело, ум и дух. Все это является эмпирическим. Поэтому вы, пожалуй, можете начать понимать, почему сведение эмпирического только к телу, только к телесным ощущениям, чувствам, эмоциям, побуждениям и так далее представляет собой серьезную ошибку. Это весьма плачевный редукционизм. Он отрицает более высокие эмпирические реалии ума и духа: он отрицает интеллект и буддхи (пробужденный ум), высшее умозрение, и воображение, и сновидение; высшую рациональную проницательность, и перспективизм, и моральную глубину; высшее бесформенное осознание и глубокие состояния созерцания — все это отрицается или подвергается сведению.

Как вы понимаете, тело, по своей основе, нарциссично и эгоцентрично. Телесные ощущения относятся только к вашему телу, и точка. Телесные чувства не могут принимать на себя роль другого — это способность ума, — и потому телесное чувственное осознание не может участвовать в любви и сострадании, этическом дискурсе и духовности Я-Ты — все это требует когнитивного, умственного, интеллектуального осознания. В той мере, в какой вы «пребываете в своем теле» и «антиинтеллектуальны», вы остаетесь в орбите своего собственного нарциссизма.

Такова первая ошибка этого предубеждения «эмпирическое в противовес интеллектуальному» — все эмпирические модусы сводятся только к телесным переживаниям, что составляет суть эгоцентризма. Вторая ошибка состоит в том, что затем духовные переживания сводятся к телесным переживаниям. Считается, что если вы постоянно сосредоточиваетесь на своем теле, на своих чувствах, то они служат вратами к духовности, поскольку они превосходят ум. Но телесные чувства и ощущения вовсе не надрациональны, они дорациональны. Сосредоточиваясь только на теле, вы не превосходите ум, а находитесь ниже его. Вы не трансцендируете, а регрессируете, становитесь все более нарциссичным и эгоцентричным, замыкаясь на своих собственных ощущениях. И это, и ничто другое, препятствует настоящим духовным переживаниям, поскольку подлинная духовность возможна только при «отказе от ума-тела», то есть если вы перестаете исключительно отождествляться как с чувствами тела, так и с мыслями ума, а этого вы не способны делать, если просто «остаетесь в теле».

Так что всякий раз, когда кто-то советует вам быть «эмпирическим», а не «интеллектуальным», вы можете быть почти уверены, что они делают эти две простые, но важнейшие ошибки. Они берут переживания тела, ума и духа и заявляют, что реальны только телесные переживания — самая низшая из эмпирических областей! — а затем они сводят духовные переживания к телесным переживаниям. И то и другое крайне плачевно.

Но на самом деле все обстоит еще хуже. Хотя мы можем точно говорить о телесных, умственных и духовных переживаниях, вся суть тут в том, что наивысшие духовные состояния — это даже не переживания. Переживания по самой своей природе временны, они приходят, ненадолго остаются, а затем уходят. Но Свидетель — это не переживание. Он осознает переживания, но сам ни в коей мере не носит эмпирического характера. Свидетель — это беспредельная открытость и свобода, в которой переживания возникают и в которую они уходят. Но сам Свидетель никогда не входит в поток времени — он осознает время, — и потому он никогда не входит в поток опыта.

Так что даже в этом случае говорить, что Дух имеет эмпирическую (а не интеллектуальную) природу, — значит полностью извращать Дух, поскольку Дух — это не преходящее переживание, а бесформенный Свидетель всего опыта. Оставаться привязанным к переживаниям — значит никогда не познать Дух.

СТУДЕНТ: Но в теле все же есть «ощущаемые смыслы», которые важны.

К.У.: О, безусловно, и их необходимо интегрировать с умом и духом. Но называть «духовностью» одни лишь такие телесные чувства — это искажение.

СТУДЕНТ: Почему оно так распространено?

К.У.: Поскольку эта телесная способность уже есть у всякого. Осознание тела было доступно вам с детства. Каждый может переживать тело, так что у вас накопился успешный опыт сосредоточения на теле. Но если бы вы проводили семинар на тему «Давайте испытаем нирвикальпа самадхи» — подлинное духовное состояние, — то для этого среднему человеку требуется как минимум пять лет. Для этого не годится популярный воскресный семинар! Поэтому невозможно с легкостью рекламировать эти подлинно духовные сферы — сбыт находят только быстрые измененные состояния, которые приходят или уходят, или простые телесные переживания, которые любой уже может испытывать достаточно легко.

Точно так же, если вы руководите учебным заведением, существование которого зависит от денег учеников, вы немного заработаете, если будете специализироваться на подлинных тонких, каузальных и недвойственных состояниях сознания, — вы не можете себе позволить ждать пять или десять лет, пока занятия принесут плоды и вам заплатят! Поэтому существует скрытое, но сильное давление, направленное на то, чтобы предлагать эти меньшие, даже регрессивные состояния, называть их «духовностью» и делать свой бизнес. При таком подходе у вас почти стопроцентные шансы на успех, поскольку практически каждый может обнаружить те или иные ощущения, телесные эмоции или осознание тела, тогда как лишь очень немногие способны, не сходя с места, продемонстрировать сатори. Итак, все довольны, все считают себя «эмпирическими» и «исходящими из сердца», а не из «мерзкого интеллекта», а потому «духовными». Ой-ёй.

СТУДЕНТ: Значит осознание тела бесполезно?

К.У.: О, я не хочу, чтобы у вас создавалось такое впечатление. Установление контакта с телом играет очень важную роль, которую, пожалуй, можно объяснить так. В ходе человеческого роста и развития сознание начинается с отождествления главным образом с телом — с витальной и сенсомоторной сферой. Примерно в 2 или в 3 года начинает возникать ум, и к 6 или 7 годам сознание начинает отождествляться с расширенной перспективой, которую он предлагает. Вспомните, что чувственное тело доконвенционально и эгоцентрично, поскольку оно не может принимать на себя роль другого. Но с появлением ума сознание может переключаться с эгоцентрических на социоцентрические модусы осознания, то есть эволюционировать от объективного «я» до «мы». Ум превосходит и включает в себя тело, и потому ум может осознавать и «я», и «мы».

Но если имеет место патология — и здесь решающее значение имеют работы Фрейда, — то ум не просто превосходит и включает в себя тело, он подавляет тело, отрицает тело, отчуждает и отделяет от себя тело. Говоря конкретнее, некоторое умственное понятие, или идея, или суперэго подавляет или отрицает некоторое телесное чувство, побуждение или инстинкт, нередко секс или агрессию либо иногда жизненность тела в целом. И такое подавление тела умом порождает разнообразные виды неврозов, эмоциональных расстройств, телесного отчуждения и бесчувственности к жизни.

Поэтому одна из первых вещей, которые делаются в терапии — в «раскрывающих терапиях», — состоит в том, чтобы ослабить барьер подавления/вытеснения, позволить себе почувствовать свое тело, свои чувства, свои эмоции и попытаться понять, почему вы их подавляли. Затем вы должны подружиться с этими потерянными чувствами и воссоединить их с умом-эго, сформировав более здоровый и точный образ себя.

Но тот факт, что вы восстановили контакт с телом и его чувствами и это заставило вас чувствовать себя живым, энергичным, сияющим — это прекрасно, это то, что и должно было случиться. Вы восстанавливаете связь со своими органическими корнями, своей жизненной силой. Но многие затем ошибочно заключают, что сами телесные чувства каким-то образом принадлежат к более высокой реальности, чем ум-эго, что совершенно неправильно. Они так считают потому, что чувствуют себя намного лучше после восстановления связи с телом. Но нам необходимо восстанавливать связь с телом не потому, что это более высокая реальность, а потому, что это низшая реальность, ставшая жертвой ужасного обращения со стороны высшей. Поэтому мы временно регрессируем к телесным ощущениям, которые подверглись отчуждению, — «регрессия» означает просто переход на более низкий уровень в иерархии сознания — и воссоединяемся с этими потерянными чувствами. Это регрессия на службе более высокого развития.

Таким образом, результатом этого более высокого развития становится интеграция ума и тела — то, что я называю кентавром, в котором человеческий ум и животное тело едины. Но многие телесные терапевты полностью путают этот интегрированный союз ума и тела с одним лишь телом. Эту путаницу можно найти у таких авторов, как Александр Лоуэн, Ида Рольф и Стэнли Келеман. Они часто возвеличивают тело до статуса кентавра (или объединенного ума-тела), и можно догадаться, что они это делают, по тому, что они практически ничего не говорят об уме, как таковом, уме как уме — о рациональной этике, перспективизме, постконвенциональной морали, взаимопонимании и так далее. То, что они называют союзом ума и тела, в действительности представляет собой всего лишь набор глубинных телесных ощущений. Это до/над заблуждение в миниатюре — оно путает постконвенционального кентавра с доконвенциональным телом, и эта путаница характерна для большинства школ телесной терапии.

В любом случае и терапия, и медитация часто начинаются с тела и телесного осознания, поскольку большинство людей действительно утратили связь со своими корнями. Но ни эффективная терапия, ни настоящая медитация не остаются на уровне осознания тела. В эффективной терапии вы, со временем, должны переходить к когнитивному и умственному опыту и начинать понимать, почему вы вообще подавляли тело и некоторые из его ощущений. Прогресс в терапии происходит, только когда вы перестаете отреагировать свои отчужденные побуждения на телесном уровне и превращаете их в психологический инсайт.

Так же и с настоящей медитацией. Хотя она нередко начинается с осознания тела — сосредоточения на дыхании, на телесных ощущениях и так далее, она скоро переходит к исследованию умственного опыта и самого потока ума. Она переходит от грубого тела и сенсомоторного мира к ментальному и тонкому миру. Только путем исследования тонких ограничений в потоке ума — и особенно тонкого ограничения, известного как чувство своей отдельности, — самоотождествление человека может распространяться с тела-ума на сам Дух. Его личная тождественность с организмом включается в тождественность со Всем.

Таким образом, тело никогда не бывает забыто. Его превосходит и включает в себя ум, который превосходит и включает в себя Дух. Тело — это фундамент и исходная позиция. Но если вы просто остаетесь в нем, то полностью блокируете ум и Дух. Вы достигаете Нирманакайи (тела формы), но не Самхогакайи (тонкой сферы), Дхармакайи (каузальной Пустоты) и Свабхавикайи (недвойственной Таковости). Но коль скоро вы включаете тело в эти более высокие стадии и сферы, они, как правило, распространяются вниз и буквально преображают само физическое тело. Кто знает, возможно, вы даже начнете светиться в темноте. Тело приобретет необычную и запоминающуюся красоту и в любом случае станет прозрачным сосудом для изначального Духа, каковым вы вечно являетесь.

Многое из того, что люди называют «духовным» — это не надрациональное осознание, а дорациональное чувство, и в этом состоит реальная проблема. Я использовал схему, показанную на рисунке, чтобы высказать ряд предложений.

Кен Уилбер «Об эмпиризме и антиинтеллектуализме»

Целительная спираль

Рост и развитие человека, как правило, развертываются от тела к уму, к душе и к духу не в виде линейной восходящей последовательности, а как вложенные друг в друга волны, причем при нормальном развитии каждая последующая волна охватывает и заключает в себе предшествующие. Но почти на любой стадии высшее может подавлять низшее. Вместо охвата и приятия происходят отрицание и отторжение. Вместо превосхождения и включения налицо отчуждение и подавление.

Это особенно верно для отношения между умом и телом. Первые годы жизни бывают в основном сенсомоторными, довербальными и по большей части проходят без участия ума — ребенок отождествляет себя со всем телом, ощущениями и физиологическими влечениями. Но примерно к 2 годам начинает появляться символический и концептуальный ум, а к 6—7 годам возникает конкретно-операционный ум. В идеале ум превосходит и включает в себя предшествующие телесные ощущения, чувства, побуждения и влечения. Но больше чем в половине случаев — и это великая епархия Фрейда — ум (эго-ум) подавляет или отрицает некоторые предыдущие телесные чувства, нередко секс или агрессию. Эти подавленные или вытесненные чувства не могут просто исчезнуть, а проявляются в замаскированном виде как болезненные невротические симптомы.

Поэтому к тому времени, когда большинство людей достигают раннего взрослого возраста, они страдают различными видами диссоциации ума/тела: они утратили контакт со своим телом, своими чувствами, своим органическим богатством, своей жизненной силой. Это имеет два конкретных последствия: во-первых, сама жизнь становится тусклой и, во-вторых, более высокое развитие оказывается более трудным и, следовательно, гораздо менее вероятным.

Таким образом, для того чтобы оживить текущее, а также обеспечить возможность более высокого развития, нередко оказывается необходимо заново установить контакт с телом. Именно для этого предназначаются многие виды психотерапии. Некоторые формы телесной терапии сосредоточиваются непосредственно на теле (посредством чувственного осознания, рольфинга, биоэнергетики и т.п.), тогда как другие виды терапии, по существу, занимаются своего рода регрессией к осознанию раннего детства. Мы временно возвращаемся назад к уровню довербального тела, налаживаем с ним контакт и дружеские отношения, а затем воссоединяем его с умом (классическое название этого процесса — «регрессия на службе эго»). Но во всех этих случаях конечная цель состоит в установлении полного контакта и с телом, и с умом.

Коль скоро мы объединили тело с умом, становится гораздо более легким — и более вероятным — продолжение роста за пределы тела и ума, в сферы души и духа. На схеме эти два общих движения — регрессия на службе эго и затем переход к трансценденции эго — показаны в виде большой спирали, которая у типичного взрослого человека сперва идет вниз (регрессия), а затем вверх (трансценденция).

В нисходящей части этой спирали мы, вопреки утверждениям романтиков, восстанавливаем контакт не с утраченной высшей Основой, а просто с подавленными телесными чувствами. Мы возвращаем себе не надрациональное осознание, которое имели в младенчестве, но затем утратили, а скорее дорациональные импульсы, которые мы, к сожалению, подавляли. Тем не менее это подавление болезненно и пагубно, и его можно исцелить только путем восстановления связи и дружеских отношений с отчужденными побуждениями и телесными чувствами (регрессия на службе эго как прелюдия к трансценденции эго).

Но проблема многих форм терапии и большинства разновидностей альтернативной духовности состоит в том, что мы начинаем движение по этой целительной спирали, а затем, впадая в до/над заблуждение, застреваем на дорациональной, чувственной, телесной стадии. Мы возвращаемся к чувствам, эмоциям, ощущениям, осознанию тела — что само по себе правильно и составляет первый этап путешествия, — но затем просто останавливаемся там и называем это надрациональным духом, хотя это не имеет с ним ничего общего. Пытаясь достичь надрационального, мы кончаем дорациональным и называем это освобождением. Сущий кошмар.

В течение тысячелетий на Западе преобладал Восходящий идеал — Бог считался чисто потусторонним, чисто трансцендентным, а его Царствие — «не от мира сего». Но затем, начиная с эпохи Возрождения и достигая кульминации в эпоху Просвещения, этот идеал яростно отвергали до такой степени, что вместе с тоннами грязной воды выплеснули и дитя трансцендентальной истины. В результате современный Запад пришел к чисто Нисходящему мировоззрению — грубому, сенсомоторному, эмпирическому бодизму — иными словами, к флатландии.

И потому теперь, даже когда контркультурные движения заявляют, что опрокидывают или превосходят старую парадигму просвещения, они по большей части остаются прочно увязшими в ней. Они попадаются в сеть чисто Нисходящего мировоззрения, с его последовательным бодизмом, холизмом флатландии и привязанностью к одной только грубой сфере — в точности как в «старой парадигме», которую они так громко осуждают.

(Мне также пришла на ум книга Джоан Брамберг «Проект Тело», в которой прослеживается отношение девушек к своему телу в течение последних двух столетий. Типичная запись в дневнике в конце XVIII века: «Серьезно работать. Иметь чувство собственного достоинства. Интересоваться другими». Типичная запись в наше время: «Я буду худеть. Достану новые контактные линзы, хорошую косметику, новую одежду и аксессуары».

Брамберг комментирует: «До XX в. тело просто не занимало в мыслях девушек центрального места. Теперь они считают тело высшим выражением своей сущности». Конечно, Брамберг пытается превратить этот бодизм в феминистскую проблему, хотя феминизм здесь ни при чем; бодизм — это просто одно из определений флатландии, в равной степени воздействующей и на женщин, и на мужчин — регрессивной, нарциссической, нивелирующей тенденции в сознании, — мы попытались лечить подавление тела регрессией к телу, мы больше не подавляем тело, мы одержимы им и полностью зациклены на нем, и результатом стал чисто Низошедший сенсомоторный мир.)

Идея, разумеется, состоит в том, чтобы объединить и Восходящее движение (от тела к уму, к душе и духу) и Нисходящее движение (от духа к душе, уму и телу). Но пока все, что у нас есть на самом деле, — это несколько чисто Восходящих трансцендентальных религий и огромное количество движений полного Нисхождения, бодизма и флатландии. Мы все еще ожидаем подлинно интегрального, недвойственного мировоззрения, и хотя несколько человек работают в этом направлении, еще предстоит сделать очень много.


Отрывок из «Одного вкуса»,
2004, издательство АСТ
Источник: integralportal.ru